БАЯРМА

С Баярмой я познакомилась на встрече одноклассников мужа, у них было пятнадцатилетие после окончания школы: в тот июльский день собралось почти сорок человек, с жёнами и мужьями. Я на тот момент ещё не всех знала, всё-таки разница в шесть лет, да и разъезжаются многие после школы, обычно, а тогда даже из Москвы приехали. Праздник прошел весело, как обычно, конкурсы разные, борьба, футбол, ну и, конечно же, пировали от души, всё-таки в лесу, да в компании друзей и пьётся и кушается веселей. Мой дорогой напился и мирно спал под кустиком, а мне как-то всё равно было, его же одноклассники, знают, были бы мои, неудобно было бы. Ну, так вот, сидим, значит, уже под вечер за столом, песни поём, и тут меня кто-то тихонечко дёргает сзади. Оборачиваюсь — Баярма, которая сидела от меня через одного человека. Говорит что-то мне. Прислушалась, а она: «Пойдём, выйдем один на один?» Я, конечно, в шоке, с какой такой радости с этой тётенькой драться. Перепила, видимо. Спрашиваю, зачем? Отвечает, мол, сидишь тут, песни распеваешь, когда муж под кустом валяется, типа из-за таких, как ты, и пьют мужики. Не знаю, что она хотела, может, мне надо было тоже рядом с моим полежать под кустом. Короче, отвернулась я от неё, продолжаю петь, но тут она уже громко начала наезжать на меня, хорошо, что Чингис сидел напротив меня, всё-таки авторитет у него огромный, я ему шепнула, а он так посмотрел на неё через очки, что она заткнулась и не приставала больше ко мне. А мне всё-таки так гадко стало на душе, не хватало ещё, чтобы вот так вот со мной обращались из-за пьяного мужа. Потом он протрезвел, конечно, и остаток вечера провёл более-менее нормально. А вот от неё мы потом все сбежали, когда поехали в деревню, высадили её возле дома, а сами поехали догуливать к одной из одноклассниц, дискотеку во дворе устроили, помню. Хорошо погуляли. В тот день многие одноклассницы мужа, не видевшие меня раньше, очень удивлялись моему выбору и его везению.

Сейчас они уже все стали мне родными, с годами всё-таки возрастная разница как-то незаметно стирается, и уже неважно, что они учились не со мной, одноклассники и всё.

А с Баярмой потом не раз общались, ведь я работала в колхозе, а колхоз на деревне основной кормилец был, в то время, конечно. У нас в селе тысяча двести человек, а в колхозе четыреста человек тогда было. Производство, налаженное с советских времен, тогда ещё более-менее держалось, это уже потом, из-за засухи да всех этих ценовых и разных политик, всё пошло прахом.

В самом начале своей работы я обнаружила, что совсем не знаю многих своих земляков. Люди приходили в контору, а я спрашивала у своих бухгалтеров, кто это. Иногда мне казалось, что это не наши, а из другого села люди, настолько они чужими казались. Наши, конечно, подсмеивались надо мной, но всё подробно рассказывали, поэтому сейчас я уже знаю всех, вроде бы.

Баярма тогда работала телятницей на гурте вместе с мужем. Потом разошлась с ним, стала жить с другим, родила ещё одного, третьего, ребенка. Затем в колхозе стало мало работы, да и она начала пить, так что к две тысячи пятому году осталась без работы, с тремя детьми на руках. Сожителя её к тому времени посадили в тюрьму, так что запила она на всю катушку…

Приехав из Кореи, я задумала отметить свое тридцатилетие дома, и решила обновить забор, а для этого позвала подкалымить дружков мужа, а с ними пришла и она, Баярма. Я, конечно, удивилась, но так как мужики были не против, согласилась. Она очень сильная, наравне с мужиками работала. Они убрали наш старый забор полностью, вместе со столбами, и поставили новый. Работали дней десять, кажется, им очень понравилось это дело. Дело в том, что я их кормила «утром, вечером, в обед», как говорится, ну и выпивку проставляла, конечно, каждый раз за едой. А Баярме сказала, чтобы она детей приводила кормить. Маленький у неё такой славный малыш был. Она тогда уже, вся опухшая от водки, страшная стала, на мои увещевания отвечала, что не может уже не пить… Бато-Мунко с Петровичем такие же были, отёкшие, дрожащие по утрам от похмелья. Иногда звонил мой муж из Кореи, как они радовались, разговаривали с ним, хвастали, что жене его помогают.

Однажды случился у нас конфликт. Дело было в воскресенье, утром, до их прихода я открыла новый крем и не успела наложить его, как они вошли в дом, ну я и отложила его, посадила их за стол, наложила еды, а сама пошла в зал крем опробовать. И не нашла его на оставленном месте! В стенке за стеклом вроде оставила, всё кругом обшарила, пока не догадалась, что это друзья-товарищи мои постарались. Пошла на кухню и устроила им взбучку, а они сидят с такими невинными лицами, ты что, мол, мать, белены объелась?! Тогда я им объявила, что видеть не хочу таких воров в своём доме, найдутся желающие доделать мой забор и без них и т.д. и т.п. Они расстроились, конечно, и давай искать со мной тот мой злополучный крем. Мне тогда не до смеха было, крем был дорогой, а я даже не успела опробовать его, жалко.

Так мы проискали целый час, потом Баярма с Бато-Мунко ополчились на Петровича и упросили меня выгнать только его одного, так как кроме него в зал никто из них не заходил, а я даже и не заметила, в какую пору он успел прошмыгнуть туда. Я с ним попрощалась, сказала, что не ожидала от него, вроде бы друг мужа. Он хотел мне вернуть варежки, которые я им всем сшила, но я сказала, чтобы оставил себе, ноябрь как-никак. Видимо, это всё-таки добило его, так как с полпути он вернулся и показал, где спрятал крем. Мы с Баярмой и Бато-Мунко начали смеяться: Петрович, оказывается, вышел на улицу и положил крем под бумажку, лежавшую в углу у сарая, а мы-то всё вокруг обыскали и не смогли найти у себя под носом! Короче, так они все и остались доделывать мой забор, и расстались мы с ними довольные друг другом.

Месяца через два Бато-Мунко убили, ударили ножом в пьяной драке… А ещё через полгода Баярма убила своего родного брата… Наверное, тоже пьяная была… Говорили, что полностью разделала труп, да ещё и раскидала по полю… В пьяном угаре, скорее всего, и не осознавала, что делает. Инзагатуй был в шоке от жестокости и обыденности этого убийства. Дело в том, что брат этот в своё время убил своего собственного отца и зарыл его у себя дома в картошке. Отсидел недолго, отпустили из-за туберкулёза в последней стадии, но он что-то долго ещё жил на свободе. Мы ещё смеялись, что проспиртовался насквозь и его туберкулёзные палочки опьянели и забыли про свою работу.

Баярма не воспитывалась у своих родителей, была отдана в другую семью, бездетную. Вроде бы и в нормальной семье росла, единственный ребенок, хорошо училась. В юности такие стихи писала, сокрушалась потом тётя Зина, приёмная мама её… Видимо, первый муж её сильно бил, пил, вот и она начала потихоньку пить с ним, женщины быстро спиваются…

Жалко детей её, старший сын у неё умничка, уже взрослый парень, лет восемнадцать, наверно. Дочка в детстве руку кипятком обварила, пенсию по инвалидности получала, вроде. Она у неё тоже хорошо учится, кажется. А младшему сейчас где-то лет шесть-семь всего…

Почему-то частенько думаю про неё, где-то она сейчас находится, что с ней, о чём думает в одинокие свои тюремные будни…

11.04.2010.

САГААЛГАН В СЕВИЛЬЕ

В субботу, двадцатого февраля, приехали к нам в Севилью девушки из группы «Ballet Оriental de Siberia», наши землячки, проживающие в столице Испании Мадриде. Я уже давно мечтала показать своим знакомым испанцам и русским красоту нашей бурятской культуры, но, то шоу, которое показали эти красавицы, превзошло мои самые смелые ожидания. Сказать, что мои севильяне были поражены, значит не сказать ничего, это было восхитительное зрелище, будто из сказки пришли к нам в гости эти невиданные восточные пери, в красочных национальных одеждах, грациозные, изящные, воздушно-лёгкие, летящие и, конечно же, очень-очень талантливые. Гордость за нацию переполняла меня, звуки бурятской чанзы и монгольской шанзы ласкали слух, и ритмы танцев звали в далёкие дали и оживали в сердце, будто давным-давно пережитые картинки шаманских обрядов и птичьих свадеб, пластика богинь и улыбки байкальских сирен. Живя вдалеке от Родины, так приятно показывать культуру и творчество своего народа, ведь даже для многих русских людей слова Байкал и Бурятия не взаимосвязаны, а для некоторых и вовсе нечто неслыханное, не говоря уж об испанцах, в большинстве своём представляющих Россию лишь как морозы, медведи на улицах да матрёшки. Многие мои знакомые удивляются, когда я говорю им, что у нас в России проживают представители ста четырёх национальностей и каждая из них имеет свою культуру и свой родной язык, совершенно отличный от русского, официального государственного.

Концерт начали с гимна России, звучавшего на фоне слайдшоу с фотографиями Москвы, природы России и Бурятии. «Гимн России, гимн России»,- слышалось в зале, и, наверное, у каждого россиянина проснулось в душе нечто торжественное и праздничное, то, что мы предпочитаем скрывать от чужих глаз, но такое неотделимое и родное, до боли в сердце и непрошеных слёз в глазах. И невольно расправляются плечи, и приподнимается подбородок, и улыбка со слезами на глазах, и ком в горле… Ностальгия… И мысль, боже, что я тут делаю, хочу домой, к маме, на Родину!!!

Две красавицы, сёстры Настя и Оксана вели программу на русском и испанском языках, рассказывая об истории своего народа и происхождении слов «Бурят» и «Байкал», об эндемичности флоры и фауны Байкала и запрете Чингисхана на вмешательство человека в природу этого уникального края, о мирном сосуществовании шаманизма и буддизма, православия и старообрядчества. Народные песни на фоне слайдшоу из фотографий природы Бурятии и байкальских красот, национальных украшений и красавиц в национальных одеждах в полной мере дали прочувствовать каждому из присутствующих всю мощь и нежность нашей любимой Бурятии. И, конечно, всех очаровали самые маленькие наши артисты Аяна и Доржи, станцевавшие задорный танец маленьких наездников и спевшие песни «Табан хурган» и «Чебурашка», а Наташа — мама Аяночки — подыграла им на шанзе. Кстати, должна признать, что Наташа подобрала мне мелодию на мотив народной песни «Уулын харгы зурынал» буквально за полчаса до концерта, вот что значит профессионал. Можно сказать, что концерт полностью был подготовлен по интернету, не зная друг друга в лицо, составляли программу и обсуждали сценарий, обговаривали множество разных мелочей, от которых зависит весь ход концерта, да и вообще, атмосфера в зале. От Мадрида до Севильи шесть часов езды на автомобиле, так что познакомились мы буквально за три часа до концерта, что не помешало нам дружненько подкорректировать сценарий, подготовить сцену и освещение, а также дать инструкции нашему главному помощнику Карену. Карен на самом деле пришел помочь в репетиции к нашему будущему конкурсу «Мисс Севилья», но я уговорила его остаться и помочь нам. Он ас в компьютерной и прочей технике, так что нам, конечно, повезло с ним. Я немножко растерялась, когда выяснилось, что клубная аппаратура не видит мои диски, а Карен поколдовал с часок, и всё заработало, правда, с его ноутбука.

Концерт получился замечательный, а зрители дружно скандировали нам «Мо-ло-дцы! Мо-ло-дцы!», и каждый номер сопровождали шквалом аплодисментов. Та любовь и тепло, что шло к зрителю от артистов, не осталось безответным и долго ещё по окончании концерта благодарные зрители фотографировались с нами на память.

А мне было так хорошо на душе, ну вот и сбылась ещё одна моя мечта, ещё одна цель достигнута. Я рада, я счастлива, ради таких моментов и стоит жить, думала про себя.

А ещё через час весёлой гурьбой пошли в ресторан отмечать Новый год по восточному календарю. Сагаан hараар! Сагаалганаар!

22.02.2010.

МИЛОСЕРДИЕ?

В последнее время, занимаясь делами нашей русскоговорящей ассоциации, столкнулась со странной проблемой. Даже и не знаю, как это обозначить. Скорее всего, такой вопрос, что есть милосердие, и почему в наше время оно стало таким дорогим удовольствием. Наверное, в жизни каждого из нас наступает такой момент, когда мы понимаем, что нельзя жить только ради себя, живота своего, как говорится, а надо по мере возможности помогать другим людям, отдавать какую-то частичку души и сердца, ведь каждый из нас может сделать этот мир чуточку добрее и теплее.

Для начала немного расскажу о нашей ассоциации. У нас пoкa два основных направления работы — культура и образование, в ассоциации в основном люди семейные, те, кто приехал сюда на постоянное место жительства, то есть цели и перспективы работы у нас долгосрочные, и мы не собираемся отступать от них. Родители хотят, чтобы дети знали культуру и историю России не понаслышке, а именно учили, как у себя дома, в России. И наши преподаватели умудряются разрабатывать свои методики, чтобы дети действительно знали и любили свой язык, а в фольклорном ансамбле даже мы, взрослые, с каждой репетицией открываем для себя много интересного, неведанного. Наш руководитель, Татьяна, человек творческий, с неиссякаемой выдумкой и фантазией, очень увлекательно рассказывает про старорусские традиции и обычаи, не зря она почти двадцать лет собирала по крупицам фольклорный материал по деревням и сёлам средней полосы России. Сейчас у нас идет интенсивная подготовка ко дню Победы, но беспокоит меня совсем другое…

К международному дню защиты детей мы запланировали провести концерт-марафон с организацией выставки рисунков и поделок детей-сирот из России, но столкнулись с нашей пресловутой бюрократией, а также непониманием наших соотечественников. Мы обратились с просьбой помочь нам к своим друзьям и знакомым, попросили сходить в любой детдом и попросить детей нарисовать что-либо. А также сфотографировать детей. Да, поодиночке все готовы и понять и посочувствовать даже, но содействовать — почему-то никто не спешит. Сразу возникает вопрос, а что я там скажу, как это я пойду в детдом и с чем, да меня там засмеют и т.д. и т.п. Просят официального запроса, все детали проекта, а если детей захотят усыновить испанцы, то кто будет отвечать за их будущее и т.д. и т.п.

Москва и Санкт-Петербург, Волгоград и Липецк, Улан-Удэ и Иркутск — ни одного положительного отзыва пока. А время идет, и уже становится понятным, что марафон нам придётся переносить на более поздний срок. В России не нужна помощь детям сиротам? Они у нас так хорошо живут?

Да, понятно стремление наших чиновников не выносить сор из избы, как же, в России всем детям-сиротам «хорошо» живется. Или просто не хочется за «спасибо» куда-то идти, о чём-то договариваться? Почему мы до сих пор боимся смотреть правде в глаза, почему отводим глаза от детей, волею судьбы оставшихся сиротами? Боимся, что они бросятся к нам с криком «Мама!» или «Папа!»? Не потому ли у нас много сирот, что мы всегда стараемся умолчать проблемы нашего общества, делаем вид, что пьяные на улицах — это не мы, наркоманы — не наши, зеки — сами виноваты, так им и надо? Сколько стоит наше милосердие?!

В последнее время на улицах Севильи вижу много семей с приёмными детьми — африканцами, азиатами, и по их улыбающимся лицам видно, что эти дети любимы и востребованы. Разговаривая на эту тему со знакомыми, узнала, что легче всего усыновить ребёнка в Африке, практически нет проблем, да и по деньгам дешевле всего обходится, ведь не секрет, что надо потратить энную сумму и на поездку туда, да и там пожить, документы оформлять и т.п. На втором месте Китай, но закавыка в том, что там чаще всего отдают только девочек, то ли налог на них большой для китайских семей, то ли ещё что. А вот в странах с белым населением, в основном странах бывшего нашего союза, усыновить ребенка для иностранца проблематично, в принципе вопрос только в деньгах, конечно. Недавно одна наша знакомая ездила с испанской семьёй на Украину, помогала в усыновлении двоих мальчишек-братьев, за два месяца мытарств по министерствам и посольствам потратили семнадцать тысяч евро, хотя на всех бумагах — всё бесплатно. А в России, говорят, все сорок пять тысяч надо выкладывать. Да и то, это три года назад такие цены были. Ну как же, у нас министерств разных уровней гораздо больше, соответственно и чиновников, разумеется. Получается, что искусственно создавая препоны для усыновления детей иностранцами, мы оберегаем их? От чего? Почему-то единичные случаи жестокого обращения с детьми в приёмных семьях муссируются всеми средствами массовой информации, а то, что сами пьяные родители вытворяют со своими родными детьми, мы не замечаем или делаем вид, что не замечаем.

А дети, вышедшие из детдомовского возраста? Куда им идти, к кому? Не потому ли у нас сейчас так много юридических институтов, что мы понимаем: эта волна детдомовских детей, поколение постперестроечное, голодное и недолюбленное, ожесточившееся в стенах наших сиротских домов, вот-вот хлынет на наши улицы? Из детдома прямо в тюрьму, лишь бы крыша над головой была.

А там, всё по новому кругу. Опять бросают детей и снова уже дети этих детей оказываются на попечении «сердобольного» государства. А государство наше в период кризиса как обеспечивает детдома? Кажется, всем известно, что финансирование социальных объектов идёт по остаточному принципу. Так почему бы и не создать условия для того, чтобы среднеобеспеченные иностранцы имели возможность без излишней волокиты усыновлять российских сирот? Может надо думать не столько о национальном величии государства, сколько о самих этих ребятишках, и так обделённых судьбой?

Да, согласна, что ещё долго мы будем жить с оглядкой на нашу непростую историю, и о духовном голодным людям думать некогда, но всё же, может, пора и благотворительностью начать заниматься? Вроде бы и церкви свои и дацаны восстановили, научились более-менее молиться, пора и о душе задуматься? Мы так привыкли всё делать по указке сверху, что боимся проявлять инициативу, всё оглядываемся, как бы кто чего не сказал, как бы не оказаться белой вороной. Что же ещё должно произойти, чтобы мы поняли — дальше некуда, за нами — будущее, и кто, если не я?! Неужели у вас никогда не возникает такого вопроса? Ведь жизнь всего одна, и жить надо так, чтобы не просто небо коптить, а радоваться каждому дню и дарить радость и тепло людям, и, умирая, не жалеть ни о чём, а гордиться, что всё, что сделано в этой жизни — не зря…

Вот такие вот невесёлые мысли…

31.03.2009.

ВЕСНА ПРИШЛА

Вот и пролетела зимушка-зима с её редкими южными дождями да длинными одинокими ночами, пришла, вступила в свои права красавица вёснушка-весна! И настроение по-весеннему приподнятое, в ожидании чудесных, волшебных нежданностей-негаданностей. И хочется чего-то ещё неведанного, прекрасного, светлого и верится, что всё ещё впереди и всё будет отлично.

Благодаря тому, что сейчас у меня всего четыре рабочих дня (в связи с этим, всех доставшим, кризисом), появилось много свободного времени, и я постаралась загрузить себя по полной программе. Хожу на курсы испанского языка два раза в неделю, и в русский фольклорный ансамбль — детище нашей местной русскоговорящей ассоциации. В ассоциации познакомилась и подружилась с очень интересными и позитивными людьми, также как и я, ностальгирующими, но не унывающими оптимистами. С ними легко и весело общаться, и одиночество как-то незаметно отступает на задний план, появились новые интересы и планы, новые заботы и мечты.

Примерно с середины января наша фольклорная группа начала готовиться к встрече Масленницы, готовили импровизированное представление для земляков, соскучившихся по настоящим русским гуляньям с играми, плясками да раздольным угощением. И вот наконец первое марта, было немного пасмурно, но тем не менее настроение у двухсот соотечественников, собравшихся с нами в Sierra Nevada, что значит Снежные горы, было преотличным. Поехали на трёх комфортабельных автобусах, арендованных туристическим агенством, с которым договорились руководители нашей ассоциации. Ехать пришлось почти четыре часа, но мы пели песни, играли с детьми в игры и даже не заметили, как добрались до места, в заповедник в горах. К большому сожалению детей, в связи с тёплой погодой, снег увидели лишь издалека, на вершинах далёких гор в голубой дымке тумана. Но и этому великолепному виду мы были рады, много ли нам надо вдали от родины.

Немного отдохнув от дороги и перекусив на скорую руку, начали своё представление, благо зрители наши принимали в нём самое активное участие и помогали артистам, подбадривая веселыми прибаутками и комментариями. Многие фотографировали и снимали на видео, ведь впервые мы собрались такой большой и дружной компанией и получили возможность петь и веселиться от души, не боясь помешать кому-либо, благо лес большой. Надо заметить, что наши водители-испанцы были в восторге от русских песен и плясок да веселья всей нашей неугомонной толпы. Перетягивание каната по древнерусскому обычаю, когда двое дюжих молодцов олицетворяют собой неразрывную силушку, которую тянули в разные стороны две весёлые команды, а потом конкурс обжор, которым предстояло в срочном порядке съесть пятнадцать штук настоящих русских полноценных дрожжевых блинов. Бег в мешках и пляски, а также целовальные игры, по-моему, вообще никого не оставили равнодушным. Смех и шутки звучали со всех сторон, а по окончании представления всем гостям было поднесено по традиционной чарочке, да выставлено угощение из блинов, жавороночков и бутербродов с колбасой и сыром. И долго ещё танцевали под шлягеры восьмидесятых годов, доносившихся на весь лес из динамиков «Мерседеса» одного из наших соотечественников. Домой вернулись воодушевлённые, многие благодарили и спрашивали, когда же будет следующий праздник.

А мы уже решили, что поедем на Пасху за город, но не так далеко, как в этот раз, а немного поближе, но с ночевкой. Кстати, можете поздравить, вчера меня назначили бухгалтером нашей «Русскоговорящей Ассоциации», и, теперь, у меня появилась общественная нагрузка, меня это радует, будет, чем голову свою занять.

Восьмое марта отметила со своими новыми друзьями из ассоциации за городом, мужчины подарили всем присутствующим дамам по шикарному букету цветов, весёлой компанией повеселились почти до утра. От души полакомились шашлыками, играли в разные игры, пели, смеялись до упаду. Хорошо, когда собираются единомышленники — позитивные, весёлые ребята, они стали мне родными за эти дни. И в который раз улыбаюсь в душе, как хорошо на свете жить! Жить стало веселее, жить стало лучше — весна пришла! Ура весне!

09.03.2009.

СИНИЕ ГЛАЗА ВЕЧНОСТИ

Увидела сегодня из окна автобуса девушку — красивую хрупкую блондиночку с огромными синими глазами и вспомнила другие глаза.

Это было в тысяча девятьсот девяносто третьем году, когда я лежала в больнице после рождения сына. Городская гинекологическая больница была тогда на ремонте, и в старом здании на Стеколке было все переполнено. Нас в палате было человек восемь, кажется. В основном из роддома, но была одна молоденькая студентка, которая пришла для прерывания беременности. Это называется «малые роды», когда плод уже большой, в шесть месяцев вызывают искусственные роды.

Мы спрашивали у неё, почему она пошла на это, срок большой, да и жалко. Но у неё была своя грустная история. Приехала из Украины вслед за любимым, а тот оказался бандитом, занимался грабежами, и его посадили на десять лет. А ей надо окончить институт, с ребёнком одна не справится. Родителям о своей беременности не сказала. Помню, бабушка ей прислала посылку с фруктами да грецкими орехами, и она угощала нас. Она мне очень нравилась, хрупкая и нежная, с льняными волосами и тонкими чертами лица, к тому же добрая и ласковая. А глаза синие-синие, печальные…

Акушерки очень грубо обошлись с ней в тот день. Поставив вызывающий схватки укол, оставили мучиться в общей палате. А схватки были долгими и мучительными, все наши женщины разбежались по другим палатам, подальше от стонов измученной роженицы. Остались только те, кто был под капельницей — я да ещё одна женщина. Когда у меня убрали капельницу, я подошла к Оксане, у которой уже начались роды. Подошла акушерка и начала кричать на неё. Оксана же, закусив губу, старалась изо всех сил тужиться по правилам, так, как учила её акушерка. Мне пришлось помогать акушерке и держать роженицу за ногу, потому что она рожала на кровати. Наконец ребёнок родился… И тут я увидела, что Оксана, приподняв голову, смотрит на ребёнка… Шестимесячный плод… И я тоже, как бы ни боялась, проследила за её взглядом… А там… Широко раскрытые синие-синие глаза, захлебнувшиеся немым криком: «За что, мама?!»

«Что уставилась, любопытно стало?!»- разоралась на неё акушерка, и деловито завернув в клеёнку ещё живой человеческий плод, унесла.

Мы с открытыми ртами испуганно смотрели друг на друга. Наконец она потрясенно прошептала:

— Ты видела глаза?! Он живой…

— Да…

— У него глаза, как у меня… Боже… Что я наделала?!

— Поздно… Забудь…

В тот вечер она больше ни с кем не разговаривала. Да и женщины все молчали. Было неловко друг перед другом, как будто все мы участвовали в убийстве этого малыша… И никогда уже не забыть мне эти глаза… Синие глаза вечности…

04.02.2009.

НОВЫЙ ГОД В СЕВИЛЬЕ

Новый год в Севилье я праздновала дважды, тридцатого декабря был организован праздник ассоциацией «Русскоговорящая Севилья». Ассоциация создана недавно, зарегистрирована в местных налоговых органах и находится под опекой посольства Российской Федерации. Лидером и организатором этого благого дела является молодая девушка из Липецка, а помогает ей её мама. У ассоциации большие планы — хотят открыть воскресную школу для желающих изучать русский язык и литературу, факультатив испанского языка, русскую фольклорную группу и ещё много всего интересного и увлекательного, проблема лишь в помещении, но и это со временем решится, думаю.

А тридцатого декабря на целый день был снят в аренду новенький Дом Культуры, всё в нём сверкало и блестело, и даже кухня была оборудована по последнему слову техники, к тому же укомплектована посудой. В шестнадцать часов проводился праздник для детей с традиционным Дедом Морозом и Снегурочкой. Собралось около восьмидесяти человек, из них детей лишь тридцать человек, остальные — родители, бабушки да дедушки. Всех удивили молодожёны с шестимесячным ребенком. Они хотят, чтобы ребёнок с пелёнок усваивал и впитывал родную речь и культуру. Детям показали весёлый спектакль, подарили подарки, и, думаю, что эти дети надолго запомнят праздничную атмосферу всеобщего ликования и бурю восторженного cчастья. Праздник удался!

А в восемнадцать часов собрались взрослые и молодёжь. Взрослые на третьем этаже, а молодёжь на втором — у них дискотека была, новогодняя. Ну а мы сели за праздничный стол, накрытый в традиционно русском стиле доброй феей Наташей, ранее работавшей шеф-поваром в ресторане. Представляете, какие у нас закуски и блюда были? Мммм… До сих пор слюнки текут, как вспомню!

Тамадой была Татьяна — вице-президент ассоциации. Татьяна — очень красивая женщина из Липецка, работала дома учителем русского языка и литературы. Прекрасно поёт, к тому же классно играет на гитаре. А гимном вечера была выбрана одна из моих любимых песен «Изгиб гитары желтой». У нас с Татьяной нашлось много общих любимых песен, вот только песни Булата Окуджавы я, к сожалению, совсем не знала.

Нас было всего человек тридцать со всех концов бывшего СССР — русские, украинцы, белорусы, армяне, башкиры, буряты, да ещё и румыны, ну и, конечно же, испанцы. Полный интернационал, объединенный под флагом России и Испании. Первый тост был провозглашён за ассоциацию, затем за Новый год, ну а перед третьим я предложила всем представиться и перезнакомиться — что было с радостью встречено и поддержано. Меня немного удивило то, что никто, кроме меня, не сказал, что собирается вернуться домой. Многие наши женщины нашли в этой стране то, чего не доставало им дома — любовь, спокойную жизнь, денежную работу.

Вино и шампанское, как водится, лилось рекой. Мы спели множество песен под гитару и караоке, наплясались. Все были очень довольны первым нашим общим праздником, испанцы очарованы нашими красивыми женщинами, ну а я была cчастлива вдвойне — познакомилась с хорошими людьми, к тому же меня пригласили в фольклорную группу. Татьяна, как оказалось, у себя в Липецкой области занималась фольклором: у неё был свой ансамбль, и они даже ездили по деревням, записывали и разучивали с бабушками старинные русские песни и игры. К тому же она притягивает людей своим оптимизмом и кипучей энергией, а я таких людей очень люблю.

Разошлись уже за полночь, воодушевлённые и довольные.

А тридцать первого декабря у меня было две смены работы, домой приехала уже в полдевятого, быстренько переоделась к празднику, немного посидела с соседями: пришлось выпить с ними немного вина. К землячкам приехала лишь к десяти часам, а тут как раз Новый год по Москве. Выпили шампанского, встретили Новый год с Россией, а немного погодя отправились на одну из центральных площадей Севильи — Плаза Нуэва — встречать Новый год. Там было много людей, все деревья украшены гирляндами, в воздухе парила пьянящая атмосфера ожидания чуда — что-то принесёт Новый год?!

Рядом с нами стояли то ли немцы, то ли американцы, и с любопытством разглядывали нас. А в полночь мы дружно подняли бокалы с шампанским и со смехом, под звон колоколов, съели свои двенадцать виноградин. Это традиция здесь такая: под бой курантов надо успеть съесть двенадцать виноградин — на cчастье и удачу. А когда весь виноград был съеден, а шампанское выпито, спели гимн Бурятии — нашу «Таёжную и озёрную», затем «Тоонто нютаг». Фотографировались, дурачились, смеялись — УРА Новому Году!!! Feliz Nuevo A?o!!! Шэнэ Жэлээр!!!

05.01.2009.

РОЖДЕСТВО

В ночь с двадцать четвёртого на двадцать пятое декабря весь католический мир, в том числе и Испания, отмечает Рождество Христово, для них этот праздник важнее новогоднего. В этот день все дарят друг другу подарки, а вечером собираются всей семьёй у рождественского стола с традиционной индейкой. Ну а я решила в связи с этим рассказать вам о своих работодателях — простых испанцах. Сейчас я работаю всего четыре дня в неделю, и потому начну с тех, у кого работаю в начале недели.

Итак, в понедельник я отдыхаю целый день.

Во вторник утром еду в центр города, к Эсмеральде. Ей лет 45, наверно, хрупкая блондинка, добрая и вежливая, у мужа есть свой бар, где работают две наши русские женщины. У Эсмеральды и Хосе Мануэля одна дочка — Марта, ей десять лет, красивая девочка с добрыми глазами. Каждое утро Эсмеральда провожает дочку в школу, а потом забирает оттуда. Как и во всём мире, наверно, здесь очень боятся за детей, иногда по телевидению показывают фотографии потерявшихся детей…

Эсмеральда подарила мне на рождество красивый и тёплый махровый банный халат. А я им красивую куклу-японку в шикарном кимоно и с шляпкой-зонтиком и бутылочку хорошего вина с коробкой конфет.

После обеда еду на другой конец города, к Августину. Он старше меня на год, работает экономистом в банке. Смеётся: “Мы с тобой коллеги!” На рождество подарил мне бутылку дорогого пунша и коробку шоколада, а я ему красивый набор подсвечников из дерева, с вырезанными узорами. Он был искренне удивлён тем, что я сделала ему подарок.

— Не имея ничего, так тяжело зарабатывая свои деньги, как ты можешь дарить подарки?!

— У меня есть голова и сердце, почему ты говоришь, что у меня нет ничего, на моей родине это нормально — дарить подарки друзьям, — ответила я.

Ему не понять, что рассказывая о своей родине, я чувствую стыд и боль. За то, что я представляю свою родину здесь — работая прислугой. Многие наши женщины даже не задумываются об этом, но я то понимаю, что мы для них, испанцев, представители России. У нас нет гордости, ради денег мы терпим всё. В который раз зарекаюсь, что не буду больше брать кредиты. Поздно, слишком поздно открыла я для себя Роберта Кийосаки. Стыдно мне и больно…

В среду утром я работаю у Кармен, она немного старше моей мамы, хорошая и добрая женщина. Кармен живёт с сыном Хосе-Мария, он младше меня на год. Его невеста живет в Кадисе, а в июле они поженятся. С Кармен мы частенько разговариваем о жизни, о России и Испании. Муж у неё был врачом, поэтому в доме много книг по медицине. К сожалению, Кармен уже десять лет вдовствует. А отрада её — единственный внук, сын дочери — Даниэль. Ему два годика, но он очень крупный ребенок, я сначала думала, что ему года четыре. Он умничка и очень красивый ребенок.

Кармен подарила мне деньги, а я ей кофейный сервиз с китайским орнаментом.

В четверг утром иду к Нурии, она дочь Кармен и мама Даниэля. Она старше меня на три года, тоже экономист, работает в страховой компании. Работа у неё очень хорошая, каждый год за cчет компании она имеет возможность съездить в любую страну мира. В апреле они с мужем съездили в Канаду, в следующий раз хотят посмотреть Индию. В доме много фотографий и сувениров из разных стран. Муж, Пруден, работает зубным техником.

Нурия ужасается, как можно жить в России, имея зарплату в тристо евро. А ведь цены на продукты у нас даже выше, чем здесь. Она в шоке, что пенсия моей мамы, при стаже в тридцать пять лет, всего сто евро. В Испании максимальная пенсия составляет три-четыре тысячи евро, говорит она, а ведь наши испанские пенсионеры хотят шесть-семь тысяч. Смеётся, что всё познается в сравнении. А мне почему-то плакать хочется.

Нурия подарила мне деньги, а я ей — набор подсвечников и игрушечные пистолеты ковбоя, для Даниэля. Он был очень доволен подарком.

В четверг вечером еду к Чонни, ей лет шестьдесят, кажется, что-то я подзабыла. Она очень добрая и красивая, живёт вдвоём с мужем Мигелем. Муж у неё в молодости работал в России, но не любит говорить об этом. Чонни с мужем экологи, имеют свой массажный салон и магазинчик, где продают разные травы и продукты для релаксации и оздоровления организма. А в свободное время она шьёт тeaтральные костюмы, обшивает всю свою семью и подруг, вяжет. Она мне напоминает мою свекровь, наша Соня-мама тоже никогда не сидела без дела, всегда её руки были заняты каким-либо рукодельем. К Чонни я езжу один раз в две недели, поочередно работаю у неё и у её дочери Лупе. Лупе старше меня на несколько лет, она ещё учится на эколога, первая профессия у неё — бухгалтер, но ей она не по душе. Муж у нее юрист, кажется, а сынишке семь лет, его зовут Андрес, как и отца. Маленький Андрес очень напоминает мне моего Андрюшку, такой же смугленький и глазастенький, худенький.

Чонни я подарила куклу-китаянку, а Лупе подсвечники с Буддой, мужчинам восточные амулеты для машины, а Андресу набор для пинг-понга. А они мне подарили деньги.

В пятницу иду к Чарри, ей семьдесят лет и она не видит. Она добрая и разговорчивая, скучает одна. Здесь хорошо поставлена служба ухода за такими людьми, слепыми. У неё есть возможность не выходя из дома заказывать продукты, их привозят ей на дом, а случись что, она может нажать на тревожную кнопку, висящую у неё на шее, как амулет. Несмотря на слепоту, у Чарри отменное здоровье, она бодра и оптимистична, ездит в гости к детям, нянчит внучат. Любит показывать мне фотографии внучат и детей. А ещё она мастерит шкатулочки из кусочков керамики. В доме у неё полно поделок, мне очень нравятся искусно сделанные кареты с королевскими гербами, каждая деталька на своём месте, красиво. Чарри я подарила скульптуру Зеленой Тары, как оберег дома, а она мне деньги, вино и конфеты.

В пятницу после обеда, один раз в две недели хожу к Мари-Кармен, ей пятьдесят шесть лет, она медсестра. Сейчас с ней живут младший сын с невестой, и она мне жалуется, что наконец-то хотела пожить в своё удовольствие, да дети не дают. Их у неё трое, у старшего сына в феврале родилась дочка Алехандра, и Мари-Кармен не нарадуется на свою внучку-красавицу. Я ей объясняю, что это хорошо, что дети с ней, она отмахивается, собака их мне не нравится, смеётся. Она подарила мне деньги, а я ей кофейный сервиз с восточным орнаментом.

Все подарки специально выбрала с азиатской тематикой, чтобы, глядя на них, они вспоминали меня, азиаточку из России. Все мои «хозяйки» любят и ценят меня, так же, как и я их. Пришла к выводу, что все мы — люди-человеки — одинаковы, и не важно, на каком языке мы говорим, какому богу молимся, главное — в любой ситуации оставаться человеком, самим собой.

03.01.2009.